Тіркелу   Забыли пароль?


Чиликова Е.В. О первых публикаторах Советского Казахстана изучавших историю движения Алаш.




О первых публикаторах советского Казахстана,

изучавших историю движения Алаш

 

Чиликова Е.В.,

главный специалист

Архива Президента РК

 

        В 1922 г. в средствах массовой информации молодой Киргизской республики началась дискуссия о деятельности движения Алаш. В «Степной правде», ежедневной газете КирЦИКа Советов и обкома РКП (б), появилась статья с негативными оценками как самого движения, так и его лидеров. В качестве ответа в этой же газете, а также в журналах «Қызыл Қазақстан» и «Известия Киробкома РКП (б)» были опубликованы статьи А. Кенжина, А. Байдильдина, посвященные истокам казахского национального движения, раскрывающие  роль казахской интеллигенции в революционных преобразованиях в республике [1]. Бывшие алашордынцы, которые в свое время перешли на сторону партии, завоевавшей власть, и назначенные на видные посты в советском правительстве, несмотря на начавшиеся гонения, еще имели определенный вес и имели возможность открыто отстаивать свою позицию.

        Логическим завершением дебатов на страницах республиканской периодики стало решение об издании документального сборника, принятое в ноябре 1926 г. III Пленумом Казкрайкома ВКП (б), где  рассматривалась  проблема борьбы   с группировками среди руководящих партийных работников Казахстана. Цель сборника –         разоблачения  деятельности алашордынцев  как противников социалистического строительства в республике – своего рода  оправдание устранения их с политической арены. В условиях практически полного отсутствия историков, тем паче историков-архивистов, в качестве составителей были назначены партийные работники Н. Мартыненко и С. Сейфуллину [2]. 

        Николай [Иванович] Мартыненко в 1922–1928 гг. работал заместителем заведующего Главполитпросвета Казкрайкома ВКП (б), а Сакен Сейфуллин, один из первых советских казахских писателей, в 1926–1927 гг. заведовал Истпартом  Казкрайкома ВКП (б) [3]. Однако их опередил Архип Кузьмич Бочагов – партийный и советский работник, профессиональный журналист, коллега Мартыненко (оба в середине 20-х исполняли обязанности временного редактора партийного республиканского органа – газеты «Советская степь» [4]). В 1927 г.  в Кзыл-Орде, столице молодой республики, в государственном издательстве, которое в 1921–1923 гг. возглавлял Бочагов, вышла книга «Алаш-Орда. Краткий исторический очерк о национально-буржуазном движении в Казахстане периода 1917–1919 гг.». Помимо краткого очерка событий, касающихся деятельности Алаш-Орды, в брошюре было приведено 7 документов.

        Спустя два года был издан и более емкий сборник, где в качестве составителя выступил только Н. Мартыненко. Сакен Сейфуллин с 1927 г.  ушел на организационно-преподавательскую работу, успев написать историко-мемуарный роман «Тернистый путь», основанный на воспоминаниях автора, участника гражданской войны в Северном Казахстане. В предисловии от «автора» Сейфуллин отметил: «В этой книге немало говорится об Алаш-Орде. Подробно характеризуя деятельность этой партии, я имел единственное намерение оставить в печати исторически неопровержимые фактические сведения о ней. В свое время Алаш-Орда выступала против Октябрьской революции. В наши дни многие бывшие буржуазные националисты осознали свои ошибки, поняли великое прогрессивное значение советской власти, и некоторые из них вступили в ряды большевистской партии» [5]. Отдельные главы романа с 1922 г. по 1925 г. публиковались в журнале «Қызыл Қазақстан». Авторы  выполнили задачу, поставленную партией, – Мартыненко подготовил сборник о национальном движении, примкнувшем к белому, Сейфуллин выпустил роман о красном движении, упоминая об Алаш. Предисловие к книге Мартыненко написал   один из секретарей Казкрайкома ВКП (б) – Ураз Исаев, где еще раз подчеркнул, что «изучение публикуемых документов показывает во всей наготе социальную сущность и контрреволюционную деятельность Алаш-Орды», что  должно было укрепить  ряды большевиков и  подковать их  идеологически в борьбе с байством за социалистический Казахстан, в борьбе с национализмом в республике, должно облегчить  «выявление и преодоление всяких шатаний в наших собственных рядах» [6]. Сборник включал в себя 75 документов и материалов, посвященных деятельности партии «Алаш» и созданию государственности Алаш-Орда.

        Репрессии по отношению к участникам движения Алаш начались практически  с выходом в свет книжек по изучению их истории. Одновременно с тотальным вытеснением из общественно-политической жизни бывших  алашордынцев, начавшемся в 1925 г. с замены состава редакции «Ак жол», проведенной по личному указанию И. Сталина,  из обращения изымались и эти книги. И хотя Мартыненко, впрочем, как и Бочагов,  члены Коммунистической партии, при подготовке своих изданий строго следовали указаниям Казкрайкома ВКП (б), но и они попали в число если не врагов, то заблуждавшихся. Возможно, им не хватило опыта, как впоследствии  написал Бочагов, возможно, рядом не было грамотных переводчиков (Мартыненко и поныне обвиняют во включении в сборник некачественного перевода программы партии «Алаш»), но скорее всего они – жертвы ситуации. Распоряжения Казкрайкома не поспевали за указаниями ЦК ВКП (б).

        Судебные процессы по делу о «казахских националистах» начались уже в 1928 г. Отпор идеям Алаш должны были дать на конференции в Казахском научно-исследовательском институте марксизма-ленинизма (КНИМЛ) в декабре 1933 г. В качестве завершения наступления на них рассматривалась книга «Очерки истории Алаш-Орды», подготовленная научными сотрудниками  КНИМЛа. Сразу после выхода ее в свет,  в апреле 1935 г., в «Правде» появилась разгромная рецензия, где отмечалось, что данная книга скорее «может служить 1935 г. Но считаю нужным повторить еще раз, ибо речь идет о серьезной ошибке и большом политическом вопросе». [9].

        В 1937–1938 гг. все наиболее яркие представители казахской национальной интеллигенции, имевшие даже косвенное отношение к Алаш, были физически уничтожены, выжили единицы. 

        Спустя 35 лет, в 1972 г., А. К. Бочагов, уже кандидат исторических наук,  в своих воспоминаниях писал: «Я ставил своей целью рассказать о контрреволюционном характере националистического движения в Казахстане, на фактах показать борьбу алашордынцев против советской власти, подробно разобрать программные положения этой партии. И главное, мне хотелось подчеркнуть, что отдельные выступления национал-уклонистов в партийной организации – С. Садвокасова [10] и др. лишь повторяли то, что совсем недавно пытались утвердить силой оружия алашордынцы…Но, не обладая еще достаточными знаниями и политическим опытом, я, молодой тогда член партии, допустил погрешности в четком определении классовой сущности Алаш-Орды… Последние страницы брошюры были посвящены показу идентичности некоторых высказываний С. Садвокасова и его сторонников с программными положениями алашордынцев в 1918–1919 гг. Эти страницы делились сверху вниз на две части – слева приводился текст выступлений национал-уклонистов, а справа – высказывания алашордынцев…Брошюра печаталась в начале 1927 г. В это время издательством недолго руководил М. Саматов – единомышленник С. Садвокасова. Гранки моей работы немедленно оказались у них в руках, и они обратились с протестом в Краевой комитет партии.

        Дескать, дискредитация руководящих работников, подрыв их авторитета, клевета – таковы были мотивы настойчивых требований задержать и не допустить опубликования моей брошюры. Обсуждение этого вопроса в Крайкоме партии у Ф. И. Голощекина [11] продолжалось весь вечер. Решили работу печатать. Но та часть ее, которая направлена против С. Садвокасова и его сторонников национал-уклонистов, где точно приводился текст их выступлений, была изъята…» [12].

        С середины 30-х гг. данная проблема не разрабатывалась, руководителям политических формирований Алаш навесили ярлыки, и на этом все закончилось.

        В июле 1989 г. в Институте истории партии при ЦК КП Казахстана состоялся «круглый стол» по теме «Алаш-Орда: история зарождения, деятельности и крушения», где оговаривались разночтения в переводах документов партии «Алаш». Историки считали, что в проекте программы партии «Алаш», опубликованной в сборнике Мартыненко, содержатся многочисленные неточности, искажающие смысл некоторых положений принципиального характера. И вновь составитель был обвинен, только теперь не в пропаганде политической деятельности алашордынцев, а в том, что, вероятно, именно эти искажения сути программы послужили поводом для зловещих обвинений, предъявленных многим бывшим членам «Алаш».

        И лишь в начале 1990-х гг. с получением Республикой Казахстан независимости ученым-исследователям стали доступны ранее закрытые фонды Комитета национальной безопасности и государственных архивов. Последние пятнадцать лет   тема изучения движения Алаш стала одной из центральных в казахстанской историографии [13]. К сожалению, многочисленные разрозненные публикации не давали полного представления по теме, поэтому Архив Президента Республики Казахстан совместно с Институтом истории и этнологии им Ч. Валиханова вновь обратились к изучению движения Алаш, выпустив в 2004–2007 гг. три тома в 4 книгах. Параллельно с выпуском сборников документов и материалов по истории движения Алаш, сотрудники архива стали собирать материалы и о своих коллегах,  первых публикаторах по этой теме. И если биографии Бочагова и Шафиро в какой-то мере удалось прояснить, то  следы Мартыненко и Брайнина оборвались практически сразу после изъятия  их  сборников  из обращения.

        Документальными источниками подтверждена следующая биосправка: «Мартыненко Николай [Иванович] (1901–?). Член Коммунистической партии с 1919 г. Окончил Комвуз им. Зиновьева (г. Ленинград). В 1919–1921 гг. служил в Красной Армии. В 1922–1928 гг. – заместитель заведующего главполитпросвета Казкрайкома ВКП (б), член научно-методического совета. В 1928 г. – временный заведующий Истпартом, лектор АППО и временный редактор газеты «Советская степь». С 1929 г., вероятно учился в Институте красной профессуры в Москве. В 1934 г. уполномоченный партийного и советского контроля, с апреля направлен на работу в Западно-Казахстанский обком партии» [14]. АП РК посылал запросы в Москву в Российский государственный архив социально-политической истории и в Уральск – Государственный архив Западно-Казахстанской области. Ответы отрицательные. Рядовой партийный работник, оставивший глубокий след в изучении национально-освободительного движения Казахстана, в 33-х летнем возрасте исчез, по крайней мере, АП РК не располагает никакими сведениями о его дальнейшей судьбе.

        На Брайнина по документам АП РК была составлена следующая биосправка: «Брайнин Соломон Хаимович (1897–?), еврей. Родился в с. Волынцы Витебской губ. Белоруссии, в мещанской семье. В 1912–1915 гг. учился в Рижском еврейском ремесленном училище. В 1915–1916 гг. – токарь по металлу на заводах гг. Луганска, Одессы. В 1917–1918 гг. служил в царской армии, после тяжелого ранения два года провел в доме инвалидов, одновременно учился на вечерних курсах. В 1919 г. заведовал коммунистическим еврейским клубом в гг. Воронеже, Казани. В 1919–1925 гг. – преподаватель в совпартшколах Украины и Белоруссии. В 1925–1929 гг. – студент Академии коммунистического воспитания им. Крупской (г. Москва). Член ВКП (б) с 1920 г., с 1913 г. – член еврейской рабочей партии «Поалей Цион» – «Трудящиеся Сиона». В 1929 г. направлен на работу в Казахстан. В 1929–1930 гг. – заведующий учебной частью и преподаватель истории рабфака КазГУ. С сентября 1930 г. – проректор по учебной части Казахского педагогического института. С декабря 1931 г. старший научный сотрудник КНИМЛа» [15].

        По мнению И. Гринберга, автора книги «Евреи в Алма-Ате», « где-то в конце 1930-х Соломон Хаимович Брайнин покинул территорию Казахстана. После выхода в свет  книги об Амангельды Иманове вокруг имени историка наступает полная тишина. Его не упоминают ни в обычных для той эпохи разносных статьях, ни в партийных документах. Не вспоминают о нем и в годы перестройки, когда началось восстановление забытых или запрещенных дотоле имен» [16].

1. Более подробно см.  Р. К. Нурмагамбетова. Движение Алаш и Алаш-Орда. Историография проблемы 1920–1990-е годы ХХ века. Алматы, 2003. 153 с.

2. Архив Президента Республики Казахстан (АП РК). Ф.141. Оп.1. Д.492. Л.449.

3. Комиссия для собирания, изучения и издания материалов по истории Октябрьской революции и Российской Коммунистической партии большевиков.

4. В ноябре 1923 г. газета «Степная правда» была переименована в «Советскую степь» / Газеты Казахской ССР. 1917–1975. Алма-Ата, 1977.

5. Сейфулин Сакен. Тернистый путь. Алма-Ата: Жазушы, 1975. 432 с.

6.  АПРК. Ф.811. Оп.23. Д.431. Л.3–8.

7. АП РК. Ф.141. Оп.1. Д.8074. Л.203.

8. АП РК. Ф.141.Оп.1. Д. 8074. Л.252.

9. АП РК. Ф.708. Оп.1. Д.2. Л.89–90.

10. В 1925–1928 гг. – один из лидеров оппозиции политическому курсу первого секретаря Казкрайкома ВКП (б) Ф. Голощекина. В1924–1927  гг.  – председатель Госплана, нарком просвещения КАССР, одновременно в 1925–1928 гг. – редактор республиканской газеты «Енбекшi казак». Зять А. Букейханова, одного из  руководителей партии «Алаш». / Наркомы Казахстана. 1920–1946 гг. Биографический справочник. Алматы: Арыс,2007. С.293. 

11. В 1925–1933 гг. – первый секретарь Казкрайкома ВКП (б). / Страницы трагических судеб: сборник воспоминаний жертв политических репрессий в СССР в 1920–1950-е гг. Алматы: Жетi жаргы, 2002. С.380.

12. А. К. Бочагов У истоков. Воспоминания. Алма-Ата: Казахстан,1972. 112 с.

13.  Койгелдиев М. Омарбеков Т. О чем повествуют исторические источники. Алматы,1993. 208 с.; Нурпеисов К. Алаш и Алаш-Орда. Алматы, 1995.  256 с.; Нурмагамбетова Р. Движение Алаш и Алаш-Орда: историография проблемы 1920–1990-е гг. ХХ в. Алматы,2003. 153 с. и др.

14. Архивисты. Биографический справочник. Алматы,2005. С.49–50.

15. АП РК. Ф.141. Оп.16. Д.2123.

16. Алматы, 2005 г. С.46–48.